Драма, замешенная на фарсе

Фото: www.uralpressa.ru

Прошедший сезон запомнился российским театралам скандалами, разразившимися в закулисной жизни целого ряда трупп. Чего стоит один громкий "развод" между худруком и актерами Театра на Таганке! Специализированный столичный журнал "Страстной бульвар" констатирует тревожную тенденцию последнего времени, отмеченную "бунтами театрального народа, порой бессмысленными и беспощадными, изгнанием, или предательством, или обиженным исходом лидеров, которые иногда и сами хороши. И не только в Москве". Увы, Оренбург тоже не обошла эта напасть: в нашем театре музыкальной комедии случилось нечто подобное.
Когда за дымом не видно огня
На прошлой неделе несколько артистов-вокалистов и музыкантов самого многочисленного в области культурно-зрелищного заведения, стоя перед телекамерой, обвинили своего директора в непрофессиональном руководстве, финансовых нарушениях, доведении театра до кризисного состояния, а также в притеснении творческих работников, которое выражается в отказе оплачивать арендуемые актерами квартиры. В открытом эфире лидеры оппозиционной группы выдвинули требование уволить директора и главного режиссера, а в случае невыполнения их условий пригрозили сорвать начало сезона.
Нельзя сказать, что протестные акции выплеснулись в одночасье. Громким публичным заявлениям предшествовали вспышки локального противостояния между руководством и отдельными артистами еще в конце прошлого сезона. Понятно, что тому были и обоснованные причины. Ни для кого не секрет, в каком неравном по сравнению с другими отраслями положении пребывает сфера культуры: низкая зарплата, недостаточное выделение средств на обеспечение жизнедеятельности таких дорогостоящих объектов, каковыми являются театры, филармония, музеи, библиотеки. И все-таки, несмотря на объективные трудности, коэффициент полезной отдачи того или иного коллектива, равно как и степень его благополучия, во многом зависит от психологического микроклимата, а он формируется всеми членами трудового содружества.
В мае прошлого года несколько человек без согласования с дирекцией театра созвали собрание, на которое пригласили министра культуры, общественных и внешних связей области Виктора Шорикова, его зама Виктора Ренева, других специалистов отраслевого министерства. Выступающие из числа работников оркестра пожаловались на низкую зарплату, старые ноты и другие бытовые неурядицы. Свои претензии высказали и другие участники собрания, но, поскольку оно было стихийным, протокол официально никто не вел. Присутствующие на нем люди помнят, что были озвучены и угрозы о срыве юбилейных торжеств, и требования "убрать" директора.
  Тогда совместными усилиями удалось заглушить вспыхнувший конфликт: министерство инициировало проверку финансово-хозяйственной деятельности театра, которая выявила нарушения отдельных законодательных и нормативных актов в части трудового законодательства, ведения бухгалтерского учета, распоряжения государственным имуществом. Были установлены и случаи переплаты заработной платы руководящему составу театра. Однако факты присвоения отдельными должностными лицами бюджетных средств (на чем настаивали авторы коллективной жалобы) документально не подтвердились. Тем не менее по результатам проверки приказом министерства директору театра  Ю. А. Плохотниченко был объявлен выговор. Эхом того собрания стала и другая проверка, проведенная уже прокуратурой Центрального района. По ее итогам было внесено представление об устранении ряда нарушений. 
Серьезный разговор состоялся и на художественном совете. В этот раз претензии были предъявлены главному режиссеру Вячеславу Добровольскому, причем свое нелицеприятное мнение высказали практически все члены худсовета и упреки эти были во многом заслуженны. Подводя итог выступлений, директор согласился с критикой и пообещал предпринять меры по оздоровлению морального климата в коллективе, совершенствованию репертуарной политики. Специальным распоряжением деятельность главрежа была строго регламентирована, более подробно и четко прописаны его должностные обязанности.
Примадонне - можно, начальству - нельзя
Казалось бы, конфликт пошел на убыль, надо только работать всем с полной отдачей. Однако едва начались трудовые будни перед предстоящим 76-м сезоном, страсти всколыхнулись с новой силой, на головы директора и главрежа снова посыпались всевозможные обвинения. При этом оппоненты проговариваются, что Добровольский "стал сдержанней, а нецензурных слов он никогда себе не позволял". Что верно, то верно, чего не скажешь о самих борцах за корректные взаимоотношения. Так, обаятельная и привлекательная примадонна Светлана Алексеева запросто может обложить своих коллег трехэтажным матом, а то и устроить на рабочем месте драку. И ничего, единомышленников это нисколько не коробит, ведь это же не начальство, которое априори не имеет права повышать голос на нерадивых артистов, постоянно опаздывающих на репетиции…         
Один из главных закоперщиков конфронтации с властью – Азамат Нугуманов. Это он считает, что художественный уровень театра скатился до сельского Дома культуры, что зарплата артистов унизительно низкая. При этом ведущий мастер сцены предпочитает помалкивать о некоторых фактах из собственной творческой биографии. В 2009 году он покинул театр и Оренбург, уехал в дальние края, польстившись на обещанные блага в другом коллективе. Однако продержался там всего около полутора лет и слезно запросился назад. Так вот плохой директор Плохотниченко не только согласился вновь принять его в штат, но и нашел средства, чтобы "блудный сын" с женой и багажом мог вернуться из Магадана. Этот переезд обошелся театру в 70 с лишним тысяч рублей! Теперь дирекция ежемесячно оплачивает Нугуманову съемную квартиру, которая стоит 10 тысяч.
Ходоки в СМИ утверждают, что получают в среднем по семь тысяч рублей. Однако бухгалтерские ведомости содержат несколько иные цифры. Итак, в среднем за 2011 год начислено: Нугуманову - 13  992 (плюс 10 тысяч за квартиру), Алексеевой – 9 614 (плюс 8 тысяч за квартиру), Гуцуляку – 13  208, Куленко – 12  577, Кузьминой – 9  527. Еще раз оговорюсь: конечно, зарплата у артистов скромная, но ведь ее повышение – прерогатива не директора, а федеральных и региональных органов власти! И средства на капитальный ремонт выделяются по решению Законодательного собрания и правительства, а не по желанию Плохотниченко. Театральное руководство пытается делать то, что в его силах. Из средств попечительского совета выплачивается двухтысячная стипендия десяти творческим работникам: список меняется по скользящему графику, первоочередные кандидатуры обсуждаются в коллективах. Как рассказала председатель профсоюзного комитета Нина Васильевна Кульга, в театре тщательно проработана система социальной поддержки всех, кто попадает в тяжелые житейские ситуации. К слову сказать, и на проведение юбилейных торжеств вместо трех миллионов, запланированных в рамках целевой программы, региональная власть смогла выделить только 300 тысяч. Еще столько же сумел добыть Юрий Александрович.
Когда я узнала, что ежегодно театр музкомедии тратит на аренду жилья для своих артистов около 600 тысяч, у меня, как говорится, глаза на лоб полезли. Даже богатые коммерческие фирмы не всегда могут позволить себе такую роскошь, тем более живущие на скромные доходы. К примеру, в нашей редакции молодые журналистки с высшим образованием и окладом в 8 - 10 тысяч рублей сами оплачивают съемное жилье, тем не менее не красуются перед телекамерой, представляя себя потенциальным бомжем, и не жалуются, а по 12 часов в сутки пашут (в смысле - пишут), чтобы заработать побольше. Так что в данном случае директор театра вполне заслуживает упрека в нерациональном расходовании средств, ведь такие немалые деньги можно было бы потратить на то же благоустройство или доплаты низкооплачиваемым работникам. Вот и коллеги Юрия Александровича по административной работе высказались о нем напрямую: "Главный недостаток директора – его чрезмерная сердобольность. Он позволяет садиться себе на шею кому ни попадя, терпит от подчиненных разгильдяйство и хамство до последнего предела".
Комментируя создавшуюся в театре ситуацию, исполняющий обязанности заместителя министра культуры Виктор Батеженко сказал: "Конечно, нас не во всем удовлетворяет работа Плохотниченко: образцовый руководитель не допустил бы такого разброда в коллективе. Однако я уже говорил и снова подтверждаю, что мотивированных оснований для его увольнения нет". От себя добавлю: я тоже критиковала некоторые постановки Добровольского, но это вовсе не означает, что ему не место в театре, как выразились его недоброжелатели. Не ошибается только тот, кто ничего не делает. А директору, может, и впрямь не хватает управленческой воли, способной удерживать стихию творческих индивидуальностей в узде, переплавлять ее в созидательную энергию во имя сплочения коллектива в целостный организм. Но положа руку на сердце: есть ли у нас достойные кандидатуры на замену? Думаю, пока нет.
Что кроется за высокими словами?
Мне не дает покоя мысль: что могло произойти за отпускной период, чтобы с места в карьер возобновилась эта "интифада" против руководства? Почему малочисленная группа так непримиримо жаждет крови, вознамерившись одним залпом выбить из строя весь командный состав театра? При этом аргументация предполагаемых действий выглядит легковесно, как бы в духе того жанра, в котором специализируется театр, хотя авторы публичных высказываний претендуют на роль этакой тяжелой артиллерии. Ну добьются "повстанцы" своего, обезглавят коллектив. А дальше-то что? Будут делить между собой власть и оклады? Кстати, это не мои досужие фантазии: в труппе говорят, что Олег Крохмаль, когда еще, как говорится, не остыли ноги его предшественника главного дирижера Виталия Брука, пошел в высокие кабинеты просить эту должность себе, хотя Плохотниченко утвердил его исполняющим обязанности и без протекции. Но накануне юбилейных концертов Олег Федорович предъявил ультиматум: либо сию минуту утверждайте меня в должности без всяких приставок, либо я отказываюсь дирижировать оркестром. Пришлось в авральном порядке искать замену.
Ходят слухи, что претендует на руководящее кресло (ни много ни мало художественного руководителя театра) и Азамат Нугуманов. Странно, что он обвиняет директора в некомпетентности, дескать, тот всего лишь танцор (Ю. А. Плохотниченко, кстати, помимо первичного специального образования имеет еще два диплома – Ленинградского института культуры по специализации "Управление и экономика учреждений культуры и искусства" и юридического факультета ОГУ), хотя сам всего лишь концертно-камерный певец и преподаватель. Как он собирается осуществлять художественное руководство огромным разноплановым коллективом, ума не приложу.
Что касается заслуженного артиста России Владимира Левашова, то мне даже как-то неловко дезавуировать его откровения. В разговоре со мной он вспомнил обиду десятилетней давности, когда директор не обеспечил ему дополнительный заработок перед пенсией. А журналисту телеканала вдруг поведал о своем полуголодном существовании. Побойтесь бога, многоуважаемый Владимир Семенович, зарплата у вас не 4600 рублей, как вы принародно объявили, а 13 227, да плюс пенсия. Деньги, конечно, тоже не ахти какие большие, однако народ судачит, что не так давно вы поменяли автомобиль – со старого на новый. Это при таких-то доходах. Прямо даже не верится. А вот директор театра (опять же люди говорят) за 14 лет не заработал ни на машину, ни на дачу, ни на новую квартиру. Тоже какой-то невероятный по нынешним временам случай…
Ветеран сцены с пафосом объявил о готовности идти на открытый бунт. Помилуйте, господа лицедеи, откуда такие нездоровые амбиции? Неужели коллектив, насчитывающий 200 штатных единиц, позволит группе в тринадцать человек сорвать открытие сезона, которого ждут сотни театралов?! И почему несколько артистов возомнили, что они незаменимы? Или это пиар-кампания в надежде заманить охотников поглазеть на скандально прославившихся кумиров? Да, мне нравилась Светлана Алексеева, но я также знаю, что немалая часть зрителей предпочтет ей Наталью Чепенкову, Елену Колчанову, других не менее талантливых солисток. А Дмитрия Гуцуляка, как бы я ему ни симпатизировала, успешно заменит заслуженный артист России Александр Лазутин, а уж на месте Азамата Нугуманова гораздо эффектнее выглядят и Денис Радченко, и Павел Бедарев, и Владимир Иосифиди, и Виталий Саттыбаев, и даже подпирающая мастеров сцены молодежь. Так что, если в программе открытия не окажется саботажников, публика, скорее всего, не заметит потери "бойцов".
Как бы ни хотели инициаторы свержения власти дистанцироваться от сегодняшнего положения в театре, вряд ли это у них получится. Втаптывая в грязь плоды коллективного сотворчества, они тем самым сводят на нет и собственный вклад в общую театральную историю, в которой останутся и успехи, и неудачи. Так что я бы с радостью поверила в чистоту помыслов борцов за справедливость, если бы сквозь их высокие декларации не просвечивали личные корыстные интересы.
Надежда ЕМЕЛЬЯНОВА.